Стеклянное сердце
Аканэ Сайдзе стояла за кулисами и смотрела, как ее бывшие подруги по группе выходят на сцену без нее. Еще вчера она была одной из них, а сегодня ее просто вычеркнули из состава за день до долгожданного дебюта. В гримерке пахло лаком для волос и чужим успехом.
Телефон завибрировал. Неизвестный номер. Она уже хотела сбросить, но что-то заставило ответить. Мужской голос, тихий и немного хриплый, произнес только одно предложение: если хочешь петь по-настоящему, приезжай завтра в студию на окраине Токио. И дал адрес.
На следующий день Аканэ оказалась в старом складском помещении, которое кто-то переделал под студию. Внутри было темно и прохладно. За пультом сидел парень в черной толстовке с капюшоном. Наоки Фудзитани. Она слышала это имя раньше, но думала, что он давно исчез из мира музыки.
Он не поздоровался. Просто включил трек и кивнул на микрофон. Спой. Аканэ спела. Когда закончила, Наоки впервые поднял глаза. В них было что-то острое, будто он видел ее насквозь. Ты пойдешь со мной, сказал он. У меня новый проект. TENBLANK. Четыре человека. Никаких агентств. Только музыка.
Так в жизни Аканэ появились еще двое. Се Такаока, высокий парень с гитарой, который улыбался так, словно знал все тайны мира. И Кадзуши Сакамото, барабанщик, который говорил мало, но когда бил по тарелкам, казалось, что это бьется чье-то сердце.
Сначала они просто играли. Без планов, без сроков. Но песни Наоки были другими. Они цепляли за живое. Первый же трек, выложенный в сеть ночью, набрал миллион прослушиваний за сутки. Потом второй. Потом третий. Люди начали находить их сами.
TENBLANK стал именем, которое шепотом повторяли в метро и кричали на концертах. Маленькие клубы сменились большими залами. Фанаты узнавали их на улицах. Аканэ впервые почувствовала, что ее голос нужен не просто для фона. Он стал центром.
Но чем выше они поднимались, тем сильнее трещало внутри. Наоки начал пропадать на целые дни. Возвращался молчаливый, с красными глазами. Иногда среди ночи Аканэ слышала, как он играет одну и ту же мелодию часами, будто пытается выгнать из нее демонов.
Се и Кадзуши тоже изменились. Се стал раздражительным, когда журналисты спрашивали про Наоки. Кадзуши вообще перестал шутить. Аканэ чувствовала, что между ними растет стена, которую никто не хочет называть вслух.
Однажды она нашла в студии старую коробку с кассетами. На одной было написано от руки: Для А. Она вставила кассету в старый магнитофон. Голос Наоки, совсем молодой, пел ту же мелодию, что и сейчас мучит его ночами. А потом голос девушки. Она смеялась и говорила, что будет ждать его всегда.
Аканэ поняла, что прошлое Наоки не отпускает его. И теперь оно начинает тянуть за собой всех остальных. Включая ее саму.
Она стояла на крыше студии поздно вечером и смотрела на огни Токио. Внизу гудел город, который уже знал их имена. А внутри у нее все сжималось от страха, что этот успех может оказаться слишком хрупким. Как стекло.
Но отступать было некуда. Она уже не могла жить без сцены. И без них троих. Даже если придется разбить свое сердце, чтобы понять, что у них у всех внутри.
Читать далее...
Всего отзывов
13